Кому она рассказала? - Страница 52


К оглавлению

52

Рорк улыбнулся:

— Пожалуй, задолжал.

— Но нам придется остановиться по дороге. Мне нужна тиара.

— Это в придачу к твоему скипетру?

— Да не для меня это, господи! Мэвис. Эта заваруха завтра у нас дома. Тиара — это мотив, идея или что-то в этом роде. А скипетр — это такая штука…

Ева стиснула кулак и взмахнула рукой у него перед носом. У Рорка брови полезли на лоб от изумления.

— Голова садовая, — предположил он, смеясь. Ева тоже засмеялась и отвела руку подальше.

— Это что-то типа палки? Как у регулировщика?

— Типа того.

— Ну, значит, это мы тоже найдем. А может, ты заодно сообразишь, как нам найти какой-нибудь магазинчик, где можно купить театральные костюмы, чтобы мы все это забрали по дороге на ужин.

Это оказалось на удивление просто: найти тиару, усеянную стразами, и пластиковый скипетр, тем более что заниматься покупками ему пришлось с женщиной, которая норовила схватить первое попавшееся на глаза, хотя бы приблизительно подходящее под описание, и бежать прочь без оглядки.

Хорошо зная вкусы Евы, Рорк остановился на итальянской кухне и повел ее в маленькую тесную тратторию, где обстановка была простой, а еда — превосходной. С той самой минуты, как перед ней поставили тарелку спагетти с мясными тефтельками, Ева больше не заговаривала о деле, и Рорк тоже решил эту тему не поднимать.

— Ты сегодня не обедала?

Ева принялась наматывать спагетти на вилку.

— Наверно. Но я съела пончик. И я, кажется, забыла тебя проинформировать, что Пибоди и Макнаб сегодня ночуют у нас.

— Проинформировать?

— Соммерсет. Он разозлился, потому что я забыла про доставку этого чертова кресла, а это как раз было Сегодня. Ну, в общем, Пибоди хочет все украсить к смотринам детского приданого. Лично я этого не понимаю. Ты получаешь праздник, подарки, угощение, все дела… Что еще надо? Какие украшения? Зачем вся эта канитель?!

— Я полагаю, мы это скоро узнаем. Что ж, отлично Значит, завтра я захвачу Макнаба, и мы с ним поедем заниматься каким-нибудь чисто мужским делом.

— «Поедем»? Ты хочешь меня бросить? — В глазах у Евы вспыхнул панический страх. — Ты не останешься на смотрины?

Рорк поднес ко рту порцию спагетти.

— Нет в мире ничего такого, что ты могла бы сказать, сделать, предложить, включая сексуально-извращенные услуги, чтобы заставить меня приблизиться на сотню ярдов к смотринам детского приданого.

— Черт! — Ева насадила на вилку сразу пару тефтелек. — Даже если бы я надела прикид из шоколадного соуса?

— Даже в этом случае.

— А если будут взбитые сливки? И хореография?

— Отменное предложение, уверяю тебя, тем более что ты в отчаянном положении. Но мой ответ: нет. Я уже обо всем договорился, мы с Леонардо уходим. И мы с удовольствием присоединим Макнаба к нашему маленькому отряду.

— А вдруг что-нибудь пойдет не так? — Ева схватила его за руку. — Вдруг эта устроительница банкетов запсихует? Иногда с ними это бывает. А вдруг кто-то из беременных начнет рожать?

Вместо ответа Рорк лишь поднял свободной рукой свой бокал с вином.

— Ладно, черт с тобой. — Ева мученически закатила глаза. — Я сама справлюсь. Но это гнусность, если хочешь знать мое мнение. Это подло, что ты можешь уйти и где-то там накачиваться пивом, пока я одна несу вахту в инкубаторе. И все только потому, что у тебя есть пенис.

— За кружкой пива мы будем вспоминать о тебе любовью: я и мой пенис.

Ева съела еще немного спагетти, потом у нее на губах появилась злорадная улыбка.

— Ничего, все равно тебе придется поприсутствовать в родильной палате, когда она начнет рожать.

— Заткнись, Ева.

— И твой пенис тебя не спасет, приятель.

Рорк молча взял хрустящую хлебную палочку, разломил и так же молча предложил ей вытянуть длинную или короткую.

— У вас завтра будет игра в фанты? С призами?

Ева поморщилась. Этот человек умел жалить, когда хотел.

— Ладно, я заткнусь. Хочешь поговорить об убийстве?

— С удовольствием.

Она рассказала ему обо всех последних событиях, пока они доедали ужин и неторопливо пили капуччино.

— Стало быть, Кавендиш и его секретарша что-то знают и скрывают.

— Скверные флюиды по всему полю. Вся эта контора какая-то мутная, и он пляшет, когда секретарша дергает за ниточки.

— Его я не знаю, а вот с другими персонажами сегодняшней постановки встречался.

— Основные данные на него у меня есть. Сорок шесть лет, богатенький мальчик с трастовым фондом. Любит сквош [Блюда с мякотью тыквы, кабачка и других овощей или натки с мякотью фруктов. Сквош — также упрошенный американскийтеннис с резиновым мячом] — игру, не знаю, как насчет еды. Два брака. Жену номер один бросил восемь лет назад. Один ребенок, девочка, двенадцать лет. Мать получила Права опеки и переехала в Париж. Вступил в брак с женой номер два, как только оформил развод с номером первым. Ей двадцать девять лет. Бывшая манекенщица. Мое мнение: он ушел от стартовой жены к декоративной жене, являющейся для него символом успеха, а теперь крутит на стороне с секретаршей. — Ева задумчиво прищурилась, потягивая кофе с пеной взбитых сливок. — А она ходит в кожаном, носит высокие каблуки и стегает его хлыстиком, когда они этим занимаются, чтобы он лаял, как собачка.

— Правда? — Рорк откинулся на стуле, как театральный зритель, наслаждающийся эффектной мизансценой. — А откуда тебе это известно?

— Потому что из них двоих нужные причиндалы как раз у нее. Кавендиш перекладывает бумажки, посещает официальные приемы, присутствует на совещаниях и говорит, что ему велено.

52